Усадебное место на пересечении с Европейским переулком (сегодня — ул. К. Хетагурова) долгое время оставалось точкой концентрации городских изменений: сменялись владельцы, перестраивались дома, а вместе с этим менялась и повседневная жизнь района.

До 60-х годов XIX века участок находился во владении титулярного советника Подобыдова. Эти ранние десятилетия сформировали основу застройки: домовые постройки и характер владений определяли то, как территория «работала» в городской ткани.

Парикмахерская и торговля на первом этаже

В западной части усадьбы позже появился новый хозяин — Егор Бенедиктов. Он построил двухэтажный дом, где на первом этаже располагалась одна из первых в городе парикмахерских. Позднее в арендованном помещении разместился галантерейный магазин «Порт-плед», принадлежавший предпринимателю Остерману.

Такая смена функций — от оказания услуг к торговле — отражает общую для города тенденцию: усадебные участки постепенно включались в коммерческую жизнь, превращаясь в пространства, значимые не только для семьи, но и для горожан.

Угловая часть: дом Булыгиных

Угловая часть усадьбы перешла купцу Петру Булыгину. Его средний сын Адриан стал известным не только на Ставрополье архитектором. На углу Петр Булыгин возвел большой одноэтажный каменный дом — в семье здесь родились трое детей, а значит, место сохраняло роль семейного центра.

Судьба строений здесь тесно связана с биографией владельцев: архитектурные и хозяйственные решения не просто дополняли ландшафт, а становились частью личных историй и городской памяти.

Находки при сносе и появление многоэтажки

В конце 1970-х годов ХХ века оба дома были снесены. При разборе фундамента дома Булыгиных обнаружили большую горсть серебряных монет и бутылочку с жидкостью, по всей видимости, вином. Подобные находки часто воспринимают как «материальные следы» прошлых эпох — свидетельство бытовых обстоятельств и привычек времени, когда ценные вещи могли храниться и скрываться прямо в основании построек.

В начале 1980-х на этом месте построили жилую многоэтажку. Так территория снова изменилась — уже в логике позднесоветского градостроительства, но, как подчеркивает краеведческая традиция, память о прежних домах сохраняется благодаря описаниям источников и обнаруженным артефактам.